Wednesday, January 4, 2012
Tuesday, January 3, 2012
Афонаризм
Многие стоят на коленях перед Христом не потому, что преклонили колени пред Ним, но потому, что переползли к Нему, так и не восстав от коленопреклонения перед грехом.
Saturday, December 31, 2011
Причуды трансляции.
Перевод на английский последнего афонаризма звучит даже интереснее, чем оригинал:
Hypocrisy is a celebration of Agape ashamed of Eros. (с) Bing
Hypocrisy is a celebration of Agape ashamed of Eros. (с) Bing
Friday, December 30, 2011
Приквел с сказке о настоящем принце.
Все началось лет восемь назад, когда я впервые увидел замок Нойшванштайн и узнал историю его создателя. Они друг друга достойны: замок и Людвиг II, четвертый (и, фактически, последний) король Баварии.
Фото замка не передают практически ничего. Его нужно видеть живьем, так как 90% прелести замкового ансамбля составляет природа. Замок настолько удивительно вписан в окружающие его Альпы и леса, что просто невозможно не почувствовать атмосферу сказки. И я таки понимаю архитекторов Диснейленда, скопировавших Нойшванштайн для своего сказочного замка.
Но когда я узнал историю Людвига, она потрясла меня ничуть не меньше, чем сам замок. Людвиг был старшим сыном Максимилиана II, короля Баварии. В ранней юности, он влюбился в свою кузину, Елизавету, принцессу Баварскую, впоследствии ставшую знаменитой Сисси, Елизаветой Австрийской, женой императора Франца-Иосифа. Это была действительно потрясающая женщина. Как по красоте внешней, так и по красоте души. Но быть вместе им было не суждено. Сисси была на восемь лет старше Людвига, и даже если бы и питала к нему нежные чувства, то династические интересы все равно заставили бы ее выйти замуж за Франца-Иосифа.
Людвиг же оказался однолюбом и, хотя в свое время и был помолвлен, незадолго до свадьбы помолвку разорвал. Что характерно, помолвлен он был (по своей собственной инициативе) с Софией, младшей сестрой Сисси.
А дальше начинается самое интересное. Лишенный «личной жизни», Людвиг целиком погружается в «мечты». Он увлекается германским эпосом, нибелунги, лоэнгрины, зигфриды, валькирии – он находит себя в этих сказках, он живет ими и в них. Неудивительно, что Людвиг сближается с Рихардом Вагнером: музыка композитора вдохновлена тем же эпосом и посвящена ему. Став королем Баварии, Людвиг начинает пользоваться своей властью и казной, чтобы воплотить свои мечты наяву, не просто мечтать о сказке, но и жить в сказке.
Он начинает строить замки, по сути, являющиеся лишь декорациями к операм Вагнера. Он оказывает поддержку композитору, дает ему приют, ставит его оперы в залах своих замков. По большому счету, не будб Людвига, не было бы и Вагнера. А не будь Вагнера, вполне возможно, не было бы и Гитлера (но это совсем другая история).
В общем, став королем, Людвиг окончательно покинул «мир сей» и переселился в свою сказку уже не только внутренне, но и физически. И меня он этим пленил: настоящий мужик! На что употребить безграничную власть короля и огромные средства казны, если нет рядом любимой? На осуществление своей мечты – вот ответ Людвига и я с ним соглашаюсь на все 120%!
Понятно, что у королевского двора такое поведение короля понимания не вызвало. В конце концов, они добились того, что Людвига признали недееспособным «психом», отстранили от власти и на следующий день убили, утопив в Штарнбергском озере. Официальная версия, впрочем, говорит о самоубийстве, но с учетом того, что вместе с Людвигом «самоубился» и его врач, причем оба «самоубились» на мелководье, мало кто верит в истинность этой версии.
Такая вот история, которая уже лет восемь не давала мне покоя, требуя творческого осмысления. Но все никак не мог найти подходящей (достойной) формы для изложения. Наконец нашел :-)
Фото замка не передают практически ничего. Его нужно видеть живьем, так как 90% прелести замкового ансамбля составляет природа. Замок настолько удивительно вписан в окружающие его Альпы и леса, что просто невозможно не почувствовать атмосферу сказки. И я таки понимаю архитекторов Диснейленда, скопировавших Нойшванштайн для своего сказочного замка.
Но когда я узнал историю Людвига, она потрясла меня ничуть не меньше, чем сам замок. Людвиг был старшим сыном Максимилиана II, короля Баварии. В ранней юности, он влюбился в свою кузину, Елизавету, принцессу Баварскую, впоследствии ставшую знаменитой Сисси, Елизаветой Австрийской, женой императора Франца-Иосифа. Это была действительно потрясающая женщина. Как по красоте внешней, так и по красоте души. Но быть вместе им было не суждено. Сисси была на восемь лет старше Людвига, и даже если бы и питала к нему нежные чувства, то династические интересы все равно заставили бы ее выйти замуж за Франца-Иосифа.
Людвиг же оказался однолюбом и, хотя в свое время и был помолвлен, незадолго до свадьбы помолвку разорвал. Что характерно, помолвлен он был (по своей собственной инициативе) с Софией, младшей сестрой Сисси.
А дальше начинается самое интересное. Лишенный «личной жизни», Людвиг целиком погружается в «мечты». Он увлекается германским эпосом, нибелунги, лоэнгрины, зигфриды, валькирии – он находит себя в этих сказках, он живет ими и в них. Неудивительно, что Людвиг сближается с Рихардом Вагнером: музыка композитора вдохновлена тем же эпосом и посвящена ему. Став королем Баварии, Людвиг начинает пользоваться своей властью и казной, чтобы воплотить свои мечты наяву, не просто мечтать о сказке, но и жить в сказке.
Он начинает строить замки, по сути, являющиеся лишь декорациями к операм Вагнера. Он оказывает поддержку композитору, дает ему приют, ставит его оперы в залах своих замков. По большому счету, не будб Людвига, не было бы и Вагнера. А не будь Вагнера, вполне возможно, не было бы и Гитлера (но это совсем другая история).
В общем, став королем, Людвиг окончательно покинул «мир сей» и переселился в свою сказку уже не только внутренне, но и физически. И меня он этим пленил: настоящий мужик! На что употребить безграничную власть короля и огромные средства казны, если нет рядом любимой? На осуществление своей мечты – вот ответ Людвига и я с ним соглашаюсь на все 120%!
Понятно, что у королевского двора такое поведение короля понимания не вызвало. В конце концов, они добились того, что Людвига признали недееспособным «психом», отстранили от власти и на следующий день убили, утопив в Штарнбергском озере. Официальная версия, впрочем, говорит о самоубийстве, но с учетом того, что вместе с Людвигом «самоубился» и его врач, причем оба «самоубились» на мелководье, мало кто верит в истинность этой версии.
Такая вот история, которая уже лет восемь не давала мне покоя, требуя творческого осмысления. Но все никак не мог найти подходящей (достойной) формы для изложения. Наконец нашел :-)
Wednesday, December 28, 2011
Сказка о настоящем принце.
Жил-был на свете прекрасный принц... Возможно, он и не был столь прекрасным: красота – вещь субъективная, но принцем он был самым настоящим. И папа у него был королем, и дедушка его был королем, и жил он в самом настоящем замке.
Когда принц подрос, повстречалась ему прекрасная принцесса. Причем принцесса была действительно прекрасной, а если кто-то думает иначе, то он ничего не смыслит ни в красоте, ни в принцессах.
Конечно же, произошло то, чего не могло не произойти. В сказке ли, в жизни ли, но если прекрасному принцу встречается прекрасная принцесса, то он просто обязан полюбить ее. Если он, конечно, настоящий принц.
Но вот принцесса... Принцесса оказалась не настоящей. Нет-нет-нет, с родословием у нее все было в порядке. Просто наша принцесса оказалась обычной женщиной из плоти и крови. И хотя кровей она была королевских, само по себе родословие не способно сделать из обычной женщины настоящую принцессу.
К сожалению, хотя принцесса и была не настоящей, а все же была она принцессой. А значит, была она немного чародейкой. И своими чарами похитила она у прекрасного принца его любовь. С настоящими принцами всегда так: у них все – настоящее. А настоящая любовь – она всегда одна. Вот так и остался прекрасный принц без любви.
И оказался наш принц в сумрачном лесу. А где же еще мог оказаться настоящий принц, у которого похитили его настоящую любовь? И там, в сумрачном лесу, повстречался принцу сумрачный волшебник. Волшебник не был ни злым, ни добрым. Он просто жил в сумраке, творил в сумраке и творил он – сумрак. Вот в этот сумрак, сотворенный сумрачным волшебником, и попал наш принц.
Долго ли, коротко ли, но стал принц королем. Только вот беда: не было выхода из сумрачного леса настоящему принцу, потерявшему свою любовь. Так и остался он в сумрачном лесу, сотворенном сумрачным волшебником. А королевство... А королевство оказалось лишь сном нашего сказочного принца. Ведь именно там, в сказке, в заколдованном сумрачном лесу, наш принц и был – настоящим! А все, что не настоящее – это сон.
И снились нашему принцу чудесные замки, волшебные реки, заколдованные гроты, настоящие принцессы и настоящие принцы.
А сумрачный волшебник обрамлял сны нашего принца в чудесную, чарующую музыку. Только вот звучала эта музыка из сумрака. Звучала она глухо и тревожно. И была эта музыка сумрачной, порождающей чудовищ.
Долго ли, коротко ли, но сны не продолжаются вечно. Даже если эти сны – сказочные. Кого-то разбудят поцелуем, кого-то разбудит трубный глас, а кто-то и сам воспрянет ото сна. Проснулся и наш принц. То-ли сам проснулся, то-ли разбудил его кто, но закончился сон сказочного принца, а с его пробуждением закончилась и сказка. Остались лишь чудесные замки, осталась сумрачная музыка, осталось и чудовище...
Говорят, что сон разума порождает чудовищ... Я не стану с этим спорить. Я всего-лишь бесталанный сказочник. Но видится мне, что чудовищ рождают сны настоящих принцев, у которых похитили любовь.
Вы спросите, что же стало с принцессой? Она жила долго, но похищенная ею любовь настоящего принца оказалась смертельной. Однажды какая-то фея из сна нашего принца освободила укреденную любовь, проколов сердце принцессы волшебным веретеном. Кто-то, возможно, скажет, что это было не веретено, а заточка, а фея была не феей, а анархистом... Ну что ж, я и с этим спорить не стану. Сон ли это, явь ли – я не знаю. Я всего-лишь хотел рассказать сказку о настоящем принце.
Когда принц подрос, повстречалась ему прекрасная принцесса. Причем принцесса была действительно прекрасной, а если кто-то думает иначе, то он ничего не смыслит ни в красоте, ни в принцессах.
Конечно же, произошло то, чего не могло не произойти. В сказке ли, в жизни ли, но если прекрасному принцу встречается прекрасная принцесса, то он просто обязан полюбить ее. Если он, конечно, настоящий принц.
Но вот принцесса... Принцесса оказалась не настоящей. Нет-нет-нет, с родословием у нее все было в порядке. Просто наша принцесса оказалась обычной женщиной из плоти и крови. И хотя кровей она была королевских, само по себе родословие не способно сделать из обычной женщины настоящую принцессу.
К сожалению, хотя принцесса и была не настоящей, а все же была она принцессой. А значит, была она немного чародейкой. И своими чарами похитила она у прекрасного принца его любовь. С настоящими принцами всегда так: у них все – настоящее. А настоящая любовь – она всегда одна. Вот так и остался прекрасный принц без любви.
И оказался наш принц в сумрачном лесу. А где же еще мог оказаться настоящий принц, у которого похитили его настоящую любовь? И там, в сумрачном лесу, повстречался принцу сумрачный волшебник. Волшебник не был ни злым, ни добрым. Он просто жил в сумраке, творил в сумраке и творил он – сумрак. Вот в этот сумрак, сотворенный сумрачным волшебником, и попал наш принц.
Долго ли, коротко ли, но стал принц королем. Только вот беда: не было выхода из сумрачного леса настоящему принцу, потерявшему свою любовь. Так и остался он в сумрачном лесу, сотворенном сумрачным волшебником. А королевство... А королевство оказалось лишь сном нашего сказочного принца. Ведь именно там, в сказке, в заколдованном сумрачном лесу, наш принц и был – настоящим! А все, что не настоящее – это сон.
И снились нашему принцу чудесные замки, волшебные реки, заколдованные гроты, настоящие принцессы и настоящие принцы.
А сумрачный волшебник обрамлял сны нашего принца в чудесную, чарующую музыку. Только вот звучала эта музыка из сумрака. Звучала она глухо и тревожно. И была эта музыка сумрачной, порождающей чудовищ.
Долго ли, коротко ли, но сны не продолжаются вечно. Даже если эти сны – сказочные. Кого-то разбудят поцелуем, кого-то разбудит трубный глас, а кто-то и сам воспрянет ото сна. Проснулся и наш принц. То-ли сам проснулся, то-ли разбудил его кто, но закончился сон сказочного принца, а с его пробуждением закончилась и сказка. Остались лишь чудесные замки, осталась сумрачная музыка, осталось и чудовище...
Говорят, что сон разума порождает чудовищ... Я не стану с этим спорить. Я всего-лишь бесталанный сказочник. Но видится мне, что чудовищ рождают сны настоящих принцев, у которых похитили любовь.
Вы спросите, что же стало с принцессой? Она жила долго, но похищенная ею любовь настоящего принца оказалась смертельной. Однажды какая-то фея из сна нашего принца освободила укреденную любовь, проколов сердце принцессы волшебным веретеном. Кто-то, возможно, скажет, что это было не веретено, а заточка, а фея была не феей, а анархистом... Ну что ж, я и с этим спорить не стану. Сон ли это, явь ли – я не знаю. Я всего-лишь хотел рассказать сказку о настоящем принце.
Tuesday, June 14, 2011
Тезисы об истине.
При исследовании Писания, обращает на себя внимание тот факт, что существительное "истина" всегда употребляется лишь в единственном числе. Этим подчеркивается единственность и неизменность истины. Пэтому, когда мы говорим об "истинах Писания", мы уже отходим от истины Писания.
Но это так, лирика. Что действительно интересно, это то, что именно Писание определяет как истину. Как ни странно, есть всего лишь десять мест в Писании, утверждающих, что "нечто есть истина". Вернее, мест двенадцать, но собственно "сущностей" всего десять:
1. Бог есть истина (Иер. 10:10)
2. Иисус есть истина (Ин. 14:6)
3. Дух Святой есть истина (1 Ин. 5:6)
4. Слово Божие есть истина (Ин. 17:17)
5. Закон Божий есть истина (Пс. 118:42)
6. Заповеди Божии есть истина (Пс. 118:86, 151)
7. Суды Господни есть истина (Пс. 18:10)
8. Откровения Божии есть истина (Пс. 118:138)
9. Дела рук Божьих есть истина (Пс. 110:7)
10. Все пути Господни есть истина (Пс. 24:10)
Рассуждая над оттенками истины, проявляющимися в этих текстах, у меня сложилась такая модель истины:
1. Бог есть истина. Это – истина трансцедентная, не выводимая и не постигаемая разумом, но достижимая через устремление, через «восхождение» к Богу и через откровение от Него. Преображение в образ и подобие Божие есть путь познания истины. При этом инструмент этого преображения есть любовь: «Знание надмевает, а любовь назидает; и любящим Бога дается знание от Него».
2. Иисус есть истина. Это – истина воплощенная, «обратный ход» трасцедентности, когда трансцедентная истина достигла нас, воплотившись во Христе, в Его жизни, в Его учении. Если первая грань загадочна, далека и непонятна, то вторая – близка и очевидна. Как бы люди ни относились ко Христу и христианству, каждый прекрасно понимает, что именно та жизнь, которую прожил Иисус и есть истинная жизнь.
3. Дух Святой есть истина. Это – истина имманентная, экзистенциальная. Именно дух отличает человека от животного и дух определяет личность человека, стоит в центре личности. Поэтому, если личность – экзистенциальный центр бытия человека, то дух - экзистенциальный центр личности. В то же время, Святой Дух дан лишь принявшим Бога через веру в Иисуса Христа (возрожденным от Духа Святого). Именно это изменение экзистенциального центра личности с человеческого (духа) на Божий (Дух) и определяет смену субъективного суждения на объективное знание (в контексте вопроса об истине).
4. Слово Божье есть истина. Это – истина запечатленная. Запечатленная в Священном Писании и в творении (т.к. Бог творил Словом Своим). В определенном смысле, Писание – это квинтэссенция истины, разумная сторона ее. Видимые и понимаемые критерии истины.
5. Откровения Божии есть истина (истинное знание)
6. Заповеди Божии есть истина (истинная нравственность)
7. Закон Божий есть истина (истинное право)
8. Суды Божии есть истина (истинная власть)
9. Дела рук Божьих есть истиа (истинное творчество)
10. Все пути Божии есть истина (истинная жизнь во всем многообразии).
Вот так, тезисно, можно определить учение Писания об истине. Нужно лишь развить эти тезисы :-)
Но это так, лирика. Что действительно интересно, это то, что именно Писание определяет как истину. Как ни странно, есть всего лишь десять мест в Писании, утверждающих, что "нечто есть истина". Вернее, мест двенадцать, но собственно "сущностей" всего десять:
1. Бог есть истина (Иер. 10:10)
2. Иисус есть истина (Ин. 14:6)
3. Дух Святой есть истина (1 Ин. 5:6)
4. Слово Божие есть истина (Ин. 17:17)
5. Закон Божий есть истина (Пс. 118:42)
6. Заповеди Божии есть истина (Пс. 118:86, 151)
7. Суды Господни есть истина (Пс. 18:10)
8. Откровения Божии есть истина (Пс. 118:138)
9. Дела рук Божьих есть истина (Пс. 110:7)
10. Все пути Господни есть истина (Пс. 24:10)
Рассуждая над оттенками истины, проявляющимися в этих текстах, у меня сложилась такая модель истины:
1. Бог есть истина. Это – истина трансцедентная, не выводимая и не постигаемая разумом, но достижимая через устремление, через «восхождение» к Богу и через откровение от Него. Преображение в образ и подобие Божие есть путь познания истины. При этом инструмент этого преображения есть любовь: «Знание надмевает, а любовь назидает; и любящим Бога дается знание от Него».
2. Иисус есть истина. Это – истина воплощенная, «обратный ход» трасцедентности, когда трансцедентная истина достигла нас, воплотившись во Христе, в Его жизни, в Его учении. Если первая грань загадочна, далека и непонятна, то вторая – близка и очевидна. Как бы люди ни относились ко Христу и христианству, каждый прекрасно понимает, что именно та жизнь, которую прожил Иисус и есть истинная жизнь.
3. Дух Святой есть истина. Это – истина имманентная, экзистенциальная. Именно дух отличает человека от животного и дух определяет личность человека, стоит в центре личности. Поэтому, если личность – экзистенциальный центр бытия человека, то дух - экзистенциальный центр личности. В то же время, Святой Дух дан лишь принявшим Бога через веру в Иисуса Христа (возрожденным от Духа Святого). Именно это изменение экзистенциального центра личности с человеческого (духа) на Божий (Дух) и определяет смену субъективного суждения на объективное знание (в контексте вопроса об истине).
4. Слово Божье есть истина. Это – истина запечатленная. Запечатленная в Священном Писании и в творении (т.к. Бог творил Словом Своим). В определенном смысле, Писание – это квинтэссенция истины, разумная сторона ее. Видимые и понимаемые критерии истины.
5. Откровения Божии есть истина (истинное знание)
6. Заповеди Божии есть истина (истинная нравственность)
7. Закон Божий есть истина (истинное право)
8. Суды Божии есть истина (истинная власть)
9. Дела рук Божьих есть истиа (истинное творчество)
10. Все пути Божии есть истина (истинная жизнь во всем многообразии).
Вот так, тезисно, можно определить учение Писания об истине. Нужно лишь развить эти тезисы :-)
Subscribe to:
Posts (Atom)